Ястребиная охота

Хольцминден, Германия, 5 часов утра, 20 апреля 1945.

Капитан Василий Шмелев отстегнул лямки парашюта и огляделся. Из ночного леса тянуло прохладой, полная луна скрывалась за частыми тучами, ухудшая и без того слабое освещение. Поляна, на которую десантировался Шмелев, поросла мелким колючим кустарником. Стрекот сверчков в ночной тишине периодически заглушался далекими залпами артиллерии, которые напоминали раскаты грома. Разведчик отметил про себя удачное приземление – все могло обернуться не лучшим образом, если бы он совершил посадку на дерево.

Василий Шмелев с позывным “Ястреб” – русоволосый, высокий, с суровым лицом производил впечатление спортсмена, но никак не разведчика. Старые боевые заслуги выдавал небольшой шрам на щеке. Несколько блестяще проведенных в прошлом операций в тылу врага и отличные знания немецкого языка делали Василия мечтой командира любого разведподразделения, тем более, подходящим для столь деликатной миссии в немецком тылу. Линия фронта быстро приближалась, и на всю операцию у Шмелева оставалось совсем немного времени – нужно управиться до полудня.

Василий достал карту и маленький фонарик. Точных координат цели не было даже в штабе, известно было лишь её примерное местонахождение – южная окраина леса Фридрихсхаузер. На инструктаже сказали: “Один из наших источников сообщил, что в этом районе располагается подземная лаборатория по производству Wunderwaffe – оружия огромной разрушительной силы. Нужно любой ценой проникнуть на объект и получить необходимую информацию. Ты в этом специалист, разберешься, как это сделать”. Оставалось реализовать этот приказ.

Разведчик приметил узкую тропу, уходившую вглубь леса. Размявшись и поправив маскировочный халат, Василий отправился в путь. Торчавшие отовсюду ветки словно пытались задержать разведчика в этой глуши. Приходилось действовать осторожно - местность была незнакомая.

Через некоторое время послышался шум автомобилей. Шмелев насторожился и напряг слух. Взвизгнули тормоза, и раздались голоса:

- Halten Sie es! Zeigen Sie Ihren Pass!

Говорили, очевидно, немецкие патрульные, остановившие автомобиль. Капитан подумал: “Рядом КПП, нужно вести себя тише”. Разведчик снял с плеча автомат, пригнулся и продолжил движение.

Лес поредел, и из-за стволов деревьев пробилась первая вспышка света автомобильных фар. Шмелев прокрался к границе леса и залег. Его догадки подтвердились – это и была точка назначения операции. Приближался рассвет.

Через лес проходила асфальтированная дорога, неплохо скрытая кронами деревьев. Дорога вела к стоянке, на которой разведчик отметил движение немцев. Василий приметил несколько грузовиков с защитным тентом и пару броневиков возле шлагбаума на выезде.

В стороне виднелся широкий холм, в его забетонированном основании были заметны внушительные ворота, вроде тех, которые устанавливаются в авиационных ангарах. Кроме ворот, Шмелев обратил внимание и на другие входы в подземное укрепление.

По периметру стоянки были установлены четыре наблюдательных вышки с часовыми, но прожектора не горели.

Разведчик заметил большое количество солдат, ожидавших чего-то возле ворот. Через несколько минут раздался негромкий звонок, включились проблесковые маяки, и ворота стали медленно раздвигаться. Из освещенного ангара один за другим выехали два грузовика, подобравшие солдат. Затем, машины проехали через блокпост и скрылись в лесу.

За следующие полчаса ворота несколько раз открывались, выпускали людей и технику. “Похоже, идет эвакуация, - предположил Шмелев, - чувствуют, что запахло жареным ”. Разведчик ещё раз огляделся: “Охрана слишком серьезная, пройти незамеченным будет невозможно. Что делать? Можно попробовать убрать часовых, но это быстро обнаружится – молчание со стороны сторожевых вышек может их насторожить… Стоп! А ведь можно пролезть по вентиляционной шахте, но опять же – как туда скрытно попасть?...”.

Поколебавшись, Шмелев решил немного выждать. И правда, вскоре показался «Хорьх», заезжавший на стоянку. Послышался голос дежурного:

- Pass! (“Проезжай!”)

Автомобиль остановился рядом с обочиной. Из открывшейся двери вышел человек в униформе офицера. Как и подобает своему званию, немец держался надменно.

Окинув взглядом подошедших солдат, офицер сказал:

- Wie ist Rettungsgeräte? - (“Как продвигается эвакуация оборудования?”).

Один из солдат ответил:

- Wir beenden, Generalmajor ... Sie sind Take Mitarbeiter und ... - (“Мы заканчиваем, генерал-майор... Осталось вывезти персонал и...”)

Офицер перебил его:

- Nur wenig Zeit haben wir! - (“Поспешите, у нас осталось мало времени”).

И добавил:

- Es kann Sowjet Saboteure erscheinen, werden auf der Suche – („Здесь могут появиться советские диверсанты, будьте начеку“).

Генерал отправился к воротам бункера.

Воспользовавшись моментом, когда водитель вышел из «Хорьха», разведчик подобрал камень. “Хорошая машина у этого немца”, - Василий размахнулся и метнул камень в ветровое стекло автомобиля.

В ночной тишине раздался удар и звон стекла. Отошедший покурить водитель насторожился и достал пистолет. Генерал закашлялся и визгливым голосом закричал: “Какого черта? Кто разбил стекло???”.

Шмелев был уверен, что внимание всех немцев, включая часовых, гарантированно приковано к инциденту. Разведчик быстро перекатился в канаву и пополз по грязи вдоль стоянки. Через пару минут он уже поднимался по склону холма. По пути пришлось перерезать мотки колючей проволоки, растянутые по периметру возвышенности.

Тем временем, немцы стали обыскивать придорожные кусты и окраину леса, где недавно отсиживался «Ястреб». Слышались какие-то выкрики и ругательства, часовые включили прожектора. Лучи света прощупывали каждый метр леса, в надежде найти источник шума.

На вершине холма было видно несколько вентиляционных шахт. Сравнительно небольшие «шляпки» интереса не вызывали, в них даже кошка не пролезет, не то что Шмелев. Более массивные бетонные коробки, торчавшие из земли, были снабжены железными решетками. Они стояли на стенках шахт не первый год и сильно заржавели. Разведчик сделал небольшое усилие и снял одну из решеток.

Внутри шахты была кромешная тьма. Воздух был сырой, что затрудняло дыхание. Шмелев подсветил гладкие стены шахты фонариком. Вниз вела лестница из вбитых в бетон железных скоб.

Разведчик стал медленно спускаться. Скобы угрожающе трещали. Вдруг одна из них надломилась под ногой Василия, и с грохотом упала на дно шахты. На его лбу выступила испарина. Нащупав следующую скобу, он продолжил спуск. Вздохнуть свободно удалось, едва ноги коснулись дна шахты.

Шмелев пролез в горизонтальный туннель воздуховода. Ползание по мокрому и холодному бетону занятие не из приятных. Разведчику приходилось периодически останавливаться для передышки. Периодически стали попадаться решетки, через которые было видно освещенные коридоры подземелья. У одной из решеток Шмелев замер и стал наблюдать.

Большое, хорошо освещенное помещение напоминало пчелиный улей. Возле стен лежали деревянные ящики, которые выносились немецкими солдатами по цепочке. Пол был усеян каким-то хламом, кусками арматуры и различными деталями. Немцы разламывали и снимали все, что только возможно, и большая часть оборудования была уже в ящиках.

Часть стены помещения была застеклена и за ней виднелась комната. “Похоже на лабораторию. Чем они тут занимались?” – размышлял Шмелев.

В дальнем конце зала на тележке лежало нечто крупное, отдаленно напоминающее овальную цистерну. Объект был серебристого цвета, с длинными плоскостями в хвостовой части. Вся поверхность объекта была покрыта заклепками. Немецкие специалисты подцепили тележку с цистерной к небольшому тягачу, и медленно выкатили её в транспортный туннель. Находившиеся в помещении солдаты тоже вышли, сопровождая тележку с грузом.

Когда шум стих, Шмелев ногами выбил решетку вентиляции и спрыгнул на пол. Затем он прижался к стене зала и, пригнувшись, пробежал под застекленной стеной. Василий приготовил автомат и медленно открыл дверь комнаты.

Спиной к «Ястребу» стоял пожилой человек. Оружия он при себе не имел, и был одет в белый халат, какой обычно носят химики или другие научные работники. Немец собирал бумаги со стола в небольшой металлический кейс.

Василий взял человека на мушку и выкрикнул по-немецки:

- Hände hoch! Nicht bewegen! (Руки вверх! Не двигаться!)

Ученый вздрогнул, уронил кейс с бумагами на пол и поднял дрожащие руки. Старик сильно трусил, и Василий смог обойтись без проверенных методов допроса. Буквально через пару минут немец уже болтал без умолку, лишь бы не получить пулю.

В ходе допроса выяснилось, что немцы разрабатывали в бункере новый тип оружия, с помощью которого Германия могла не только остановить наступление Союзных войск, но и переломить ход войны в свою сторону. Шмелев спросил у немца: “А цистерна на тележке к этому, случаем, не относится?”. В ответ ученый кивнул и добавил:

- “Это не цистерна, как вы говорите. Это – бомба огромной разрушительной силы, основанная на принципах деления атомов урана 235.”

Шмелев слабо себе представлял, что это значит, и спросил:

- “Мне нужна вся информация об этом, что у вас есть!”

- “Забирайте документацию, вот в этом кейсе. Бомбу повезли на аэродром, утром планируется её сброс. Её разрушительной силы хватит, чтобы стереть с лица земли любой город”.

Разведчик похолодел. “Немец, похоже, блефует – то, что он говорит, похоже на фантастику. Да ладно, мне все равно. Главное - вынести отсюда кейс, а насчет сброса доложу нашим по рации”.

Не спуская глаз с немца, Шмелев привязал кейс ремнем к вещмешку. Затем он приказал ученому: “Открой туннель!”.

Немец послушно стал крутить оранжевый вентиль на стене. Капитан занял позицию на углу ворот и вглядывался в увеличивающийся зазор.

Туннель шел под некоторым углом наверх. Тусклого освещения едва хватало, чтобы различить стены. Оставив ученого в лаборатории, разведчик побежал наверх.

Неожиданно в верхнем конце туннеля мелькнули силуэты солдат. Шмелев выругался и с разбегу лег на пол. Немецкий патруль из трех солдат спокойно зашел в туннель, очевидно, решив проверить, почему ученый так долго не выходит из лаборатории.

Взяв на прицел одного из охранников, Василий дал очередь из автомата. Солдат свалился на пол, как подкошенный, другие же попятились назад и скрылись за углом туннеля. Разведчик снял с пояса гранату, выдернул чеку и бросил с криком: “Получи и распишись!”. На выходе стало тихо, но ненадолго - тишину прервал вой сирены. “Цирк открыт, добро пожаловать!” – подумал Шмелев.

Далее Шмелев понесся по коридорам базы, как ураган, сметая в рукопашную ошарашенных немцев и поливая их очередями из автомата. После своеобразной экскурсии в немецкую науку, разведчик, наконец, добрался до выхода.

Несколько взводов пехотинцев устроили на стоянке засаду, обложив вход в бункер мешками с песком. Шмелев уничтожил импровизированные баррикады с помощью трех трофейных немецких гранат.

Все действительно оказалось плохо. Во-первых, непонятно, где находится аэродром. Во-вторых, бомбу уже увезли. Если первое ещё можно исправить, найдя в какой-нибудь офицерской машине карту, то второе – едва ли.

Счет шел на минуты. Начало светать. Шмелев запрыгнул в стоящий неподалеку “Кюбельваген”. Пошарив рукой, разведчик вытащил с полки под местом пассажира стопку бумаг. Отбросив всякий мусор, вроде циркуляров и инструкций, Василий нашел карту окрестностей и развернул её. “Ближайший военный аэродром находится в четырех километрах к юго-западу от бункера, - разведчик провел пальцем по карте, - “Ехать придется по шоссе, вдоль леса и полей”.

Шмелев завел двигатель автомобиля и рванул в сторону шоссе. Шлагбаум на выезде был открыт и он беспрепятственно покинул стоянку.

Василий проехал через лес и остановился около перекрестка. По шоссе с лязгом гусениц и мерным урчанием двигателей двигалась колонна “Тигров”. Мощные боевые машины внушали страх только одним своим внешним видом. В трехстах километрах к северо-востоку советские войска заканчивают последние приготовления к решающему броску на Берлин.

Шмелев мысленно пожелал удачи советским танкистом, и после прохождения колонны, свернул налево по шоссе. Разведчик выжимал все возможное из слабенького “Кюбельвагена”. Вокруг мелькали деревья, и свистел ветер. Через несколько минут около небольшой деревни показался пост автоматчиков. Пронесшийся мимо автомобиль «Ястреба» обстреляли, пули изрешетили лобовое стекло, но разведчик успел пригнуться.

Едва на горизонте показался КПП аэродрома, Василий выключил фары и остановил автомобиль. Он рассмотрел въезд на территорию в бинокль. Оборону немцы заняли основательную. Василий пошел на хитрость. Булыжниками с обочины он блокировал педаль газа в нажатом положении и направил автомобиль на укрепления. Затем соскочил на асфальт и спрятался в кювете.

“Кубельваген” стал медленно разгоняться. Через несколько секунд со стороны укреплений раздались пулеметные очереди. Автомобиль свернул в кювет. Разлившийся бензин из пробитого бака воспламенился и превратил машину в большой костер.

“Негостеприимно встречаете гостей!” – Василий стал пробираться через заросли, идя в обход укрепленного въезда на аэродром. Вскоре он вышел к забору из колючей проволоки. Сделав проход в ограждении с помощью ножа, прополз на территорию.

Аэродром значительно пострадал от бомбежек. Если полоса для взлёта самолетов была ещё относительно цела, то стоянки для истребителей напоминали лунную поверхность. Уцелели только капониры, которые находились на окраине аэродрома.

На краю полосы стоял бомбардировщик. Его двигатели необычно свистели, за ними была видна струя пламени и горячее марево. “Реактивный”, - решил Шмелев. Бомбардировщик был окрашен в темный цвет, и имел угловатые формы, как у многих немецких самолетов. Под его днищем была подвешена бомба из подземной лаборатории.

Необходимо было задержать вылет адской машины любой ценой. Разведчик нашел глазами вышку и устремился к ней. Перебежками вдоль контейнеров, стоящих неподалеку от пункта управления полетами, ему удалось добраться до цели.

Шмелев выбил запертую дверь вышки. Немцы засели на верхнем этаже и открыли плотный огонь по лестнице. Капитан сжал зубы от боли, одна из пуль задела руку. Ранение было не критическим – просто царапина. Василий сделал несколько очередей и прижался к стене. Разведчик начал подниматься по лестнице. Одного из немцев ему удалось нейтрализовать сразу, как только тот высунулся на лестницу. Бросок другого оказался неожиданным - он попытался ударить Василия прикладом по голове. Реакция не подвела и в этот раз. Увернувшись от удара, «Ястреб» сбросил немца с лестницы. Под столами Василий обнаружил ящики с оружием. В одном из них он нашел несколько Фаустпатронов.

Бомбардировщик на полосе увеличил обороты двигателей. Свист стал пронзительным, переходящим в рев. Самолет начал разбег по взлетной полосе, оставляя за собой дымный след от двигателей. Шмелев прихватил пару Фаустпатронов и выбрался на смотровую площадку вышки управления полетами. Счет шел на секунды. Василий дождался момента, когда самолет поравняется с вышкой и начнет отрываться от земли. «Ястреб» сделал упреждение и выстрелил – шипящий огненный кулак устремился к самолету.

Стало понятно, что ракета идет мимо цели – сказалась ошибка упреждения. Тем не менее, удача оказалась не на стороне пилотов бомбардировщика. Ракета попала в хвостовой киль и разнесла его взрывом на кусочки. Самолет продолжил подъем, но скоро потерял управление и рухнул в реку за взлетной полосой. Судя по силе взрыва, основной боевой груз не сдетонировал – иначе бы капитана Шмелева уже не было бы в живых.

Залегший на смотровой площадке Василий смахнул холодный пот со лба – «Повезло! Пора выбираться отсюда!». Разведчик вернулся в помещение и нашел радиостанцию. Частоту штаба он помнил отлично, требовалось лишь немного времени на настойку прибора.

Шмелев наклонился над микрофоном:

– Прием! Ястреб вызывает Волгу! Ястреб вызывает Волгу! Ответьте!

Ответом стало шипение помех.

– Прием! Ястреб вызывает Волгу! Повторяю! Ястреб вызывает Волгу!

Вдруг динамики ожили:

– Говорит Волга. Слышу вас отлично, Ястреб. Прием!

– Волга, Задание выполнено!

– Принял, Ястреб! Выдвигайтесь в точку эвакуации. Конец связи!

Шмелев покинул вышку. На стоянке он увидел мотоцикл с коляской «Цундапп» и решил им воспользоваться. Чтобы не столкнуться с пришедшей в движение пехотой на основном выезде с базы, Шмелев пересек аэродром по диагонали ко второму выезду.

В качестве точки эвакуации изначально была выбрана местность вдалеке от людских поселений на изгибе протекающей неподалеку реки Везер. Лес поможет избавить разведчика от преследования немцами. Следующие пару недель Шмелеву придется жить у «своих» людей, к которым переправит его один из коренных немцев, по совместительству — советский связной в тылу врага.

Путь до точки эвакуации занял полтора часа. Бензин в мотоцикле закончился и последние пару километров пришлось идти пешком, прячась от нежелательных патрулей.

Встреча со связным прошла успешно. Шмелев утопил свой камуфляжный костюм, снаряжение и оружие в реке. Разведчик получил новый паспорт на имя Кристофа Лимберга, 32-летнего техника, работающего на фарфоровом заводе в Фюрстенберге. Осталось ждать победы и подхода советских войск. Кейс с документами нужно беречь, как зеницу ока, и при первой возможности передать своим.

Конец.
Антон Федяшов.
Март, 2014 года. Ростов-на-Дону.

Теги: 

Комментарии